Совершенствование договорного регулирования путем имплементации норм Принципов международных коммерческих договоров (Принципов УНИДРУА)

  1. Главная
  2. Иные публикации и обзоры
  3. Договорное право
  4. Совершенствование договорного регулирования путем имплементации норм Принципов международных коммерческих договоров (Принципов УНИДРУА)

Принципы международных коммерческих договоров (Принципы УНИДРУА) разработаны Международным институтом унификации частного права (УНИДРУА). Они являются итогом применения универсального подхода по регулированию договорных отношений с учетом опыта различных правовых систем. Содержание Принципов представляет соединение традиций и нововедений. Первая рабочая группа по разработке данного документа начала свою работу еще в 1983 году.

В соответствии с их преамбулой данные Принципы устанавливают общие нормы для международных коммерческих договоров. Они могут использоваться в т.ч.:

  • в случаях, когда оказывается невозможным установить соответствующую норму применимого права;
  • для толкования и восполнения международных унифицированных правовых документов, национального законодательства;
  • в качестве модели для национального и международного законодательства.

Принципы имеют довольно гибкий характер, поскольку исходят из необходимости соблюдения основных начал разумности, добросовестности и справедливости. По сути, нормы Принципов являются примерами реализации данных основных начал при заключении и исполнении договоров. 

Большинство статей Принципов включают оценочные понятия для характеристики прав и обязанностей сторон договора. Тем самым, отличительной особенностью Принципов является предоставление правоприменителю, суду или арбитражу, достаточно широкого усмотрения при разрешении спора с опорой на принципы права. Такое предоставление усмотрения является действенным выходом из ситуации, когда законы по объективным причинам не могут охватить все разнообразие жизненных ситуаций. Делается упор на учет всех обстоятельств конкретного дела для его справедливого урегулирования. 

Вместе с тем Принципы, при наличии такой гибкости, вносят существенную определенность в регулирование отношений сторон договора. Недобросовестные, неразумные и несправедливые действия сторон договора будут однозначно влечь для них неблагоприятные последствия. 

Эффективность Принципов заключается в служении экономическим целям сторон договора, коими выступают коммерческие компании. Практика применения Принципов показала, что они рассматриваются международным юридическим и бизнес-сообществом как нужный, надежный и адекватный современным экономическим потребностям документ.

В настоящее время в Казахстане реализуется инициатива по имплементации отдельных правовых институтов европейского частного права. Вместе с тем, именно Принципы заслуживают отдельного внимания как модель для развития гражданского законодательства Казахстана. Тот факт, что создание Принципов происходило в атмосфере, свободной от какого-либо политического или идеологического воздействия, самыми выдающимися международными экспертами в этой области права, должно дать уверенность законодателю. Хотя и сейчас отдельные нормы Гражданского кодекса базируются на понимании статей Принципов

В данной статьей мы хотели бы вкратце привести некоторые нормы Принципов, которые крайне желательно имплементировать. Хотя мы и не сторонники увеличения количества норм в законодательстве, что усложняет как само регулирование, так и понимание этого регулирования, вместе с тем, если определенные нормы могут быть востребованы и решать актуальные проблемы оборота, в т.ч. коммерческого, то такие нормы необходимо принимать. Особенно если эти нормы имеют общий характер и позволяют внести определенность и справедливость в отношения. 

Предлагаемые нормы являются общими для различных видов договоров. При этом они могут быть применены не только в коммерческих отношениях. Кроме того, значение этих норм не ограничивается только договорным правом. Например, с учетом того, что корпоративные отношения основаны на соглашениях, полагаем возможным применение этих общих норм и при регулировании корпоративных отношений – как на уровне законодательства, так и договора.

  • Право полагаться на действия другой стороны

В соответствии со ст. 1.8 Принципов сторона не может поступать несовместимо с пониманием, которое она вызвала у другой стороны, и последняя, полагаясь на это понимание, действовала разумно себе в ущерб. 

Эта базовая норма не допускает недобросовестное, непоследовательное поведение стороны. Разумные ожидания другой стороны договора должны быть защищены. В определенной мере об этом говорит п. 6 ст. 8 ГК: «Никто не вправе извлекать преимущество из своего недобросовестного поведения». Конечно же необходимо учитывать все обстоятельства дела для оценки наличия разумных ожиданий. Недобросовестное поведение стороны дает право другой стороне требовать возмещения убытков, прекращения или изменения договора.

В комментариях к Принципам приводится пример. А и Б длительное время проводили переговоры об аренде земельного участка, принадлежащего Б. В рамках переговоров было условлено, что для заключения договора аренды Б снесет находящееся на участке здание и построит новое по проекту А. Б сносит здание и привлекает подрядчика для строительства. Позднее А выдвигает новые требования как условия заключения договора аренды. А должен быть ограничен в таких действиях, которые противоречат пониманию и ожиданиям Б.

Так как эта норма дает определенность в отношениях, предлагается включить аналогичную, общую для всех договоров, норму в ГК.

  • Добросовестное ведение переговоров

Согласно ст. 2.1.15 Принципов сторона, которая ведет или прерывает переговоры недобросовестно, является ответственной за потери, причиненные другой стороне. Недобросовестным, в частности, является вступление стороной в переговоры или их продолжение при отсутствии намерения достичь соглашения с другой стороной.

Данное положение является частным случаем реализации принципа добросовестности. По общему правилу лица должны вести себя добросовестно во взаимоотношениях с другими лицами. Поэтому желательно специально в части регулирования ведения переговоров указать в ГК, что недобросовестное поведение стороны предполагаемого договора должно быть основанием для ее привлечения к ответственности. При этом формой ответственности может быть именно возмещение убытков другой стороны, т.е. не только реально возникших потерь, но и не полученной выгоды. Это даст стимул сторонам вести переговоры ответственно.

  • Обязанность соблюдения конфиденциальности при переговорах

Ст. 2.1.16 Принципов указывает, если информация передается одной стороной в качестве конфиденциальной в процессе переговоров, другая сторона обязана не раскрывать эту информацию или не использовать ее ненадлежащим образом для собственных целей, независимо от того, заключен ли впоследствии договор. Средства правовой защиты при нарушении этой обязанности могут включать компенсацию, основанную на выгоде, полученной другой стороной.

Интерес в этой норме представляет то, что даже если потерпевшая от раскрытия информации сторона не понесла каких-либо убытков, она имеет право требовать передачи той выгоды, которая была получена нарушившей стороной путем раскрытия конфиденциальной информации третьим лицам или самостоятельного ее использования. Это норма может эффективно защищать интересы стороны, которая раскрывает конфиденциальную информацию, и поэтому должна быть включена в ГК.

  • Использование толкования «contra proferentem»

Статья 4.6 Принципов содержит правило «contra proferentem» — если условия договора, выдвинутые одной стороной, являются неясными, то предпочтение отдается толкованию, которое противоположно интересам этой стороны. 

Применение этого правила допускается только в тех случаях, когда иные способы толкования не дают результата. Например, если нельзя выяснить истинный смысл нормы договора через предшествующие заключению договора переговоры, переписку сторон, практику, установившуюся во взаимных отношениях сторон, последующее поведение сторон договора, намерения сторон, через значение, которое аналогичные сторонам разумные лица придавали бы договору в таких же обстоятельствах (ст. 4.1 Принципов, ст. 392 ГК). 

В ГК такое полезное правило толкования отсутствует. Между тем, его наличие заставляет разработчика договора более ответственно относится к положениям договора, так как все противоречия будут толковаться против него. Особенно это важно с учетом того, что разработчиками многих стандартных договоров зачастую являются коммерческие организации, которые массово предлагают свои проекты договоров контрагентам, в т.ч. потребителям. Поэтому предлагается включить правило «contra proferentem» в ГК.

В этой связи хотелось бы остановится на одной практической проблеме. Между российскими и казахстанскими компаниями часто заключаются договоры с включением оговорки о том, что «все возможные споры, вытекающего из данного договора, будут рассматриваться в арбитражном суде по месту нахождения истца». По указанной оговорке возникают вопросы, поскольку в законодательстве России и Казахстане по-разному понимается термин «арбитражный суд». В России это государственный арбитражный суд, в Казахстане под арбитражем понимается альтернативный судебному способ разрешения споров.

В Казахстане имеется практика признания компетенции и рассмотрения споров с указанной оговоркой в арбитраже, если истцом является казахстанская компания, путем применения Европейской Конвенции о внешнеторговом арбитраже. Вместе  с тем, имеется и негативная практика по последующему исполнению на территории России арбитражных решений по договорам с такими оговорками. Верховный суд РФ отрицает наличие арбитражной оговорки и указывает на то, что это оговорка подразумевает государственные (арбитражные)  суды и споры должны рассматриваться в них

Данная позиция ущемляет интересы истцов-казахстанских компаний, которые воспринимают эти оговорки как обязанность обращаться в арбитраж, а не в государственный суд. Если все-таки понимать, что такие оговорки предусматривают государственные суды, то в какие суды  им необходимо обращаться? Так, они зачастую предварительно обращаются в специализированные межрайонные экономические суды в Казахстане (по месту своего нахождения), которые, однако, отмечают отсутствие своей компетенции и необходимости обращения в арбитраж (третейский суд), что компании и делают. 

Однако помимо этого общего возражения, необходимо понимать, что такая оговорка в договоре означает необходимость ее толкования. В этом случае, если другие способы толкования не могут прояснить ситуацию, можно было бы применить правило «contra proferentem». Если договоры между российскими и казахстанскими компаниями составляются на основании шаблона российской компании, то применяя указанное правило следует толковать данную оговорку с указанием арбитражного суда против интересов российской компании как составителя договора. А это значит, что необходимо брать за основу понимание этой оговорки казахстанской компанией – как арбитражную оговорку, т.е. оговорку о рассмотрении споров в арбитраже, а не в государственном суде.

  • Толкование договора на разных языках

Еще одна важная для толкования норма Принципов: ст. 4.7 указывает, что если договор составлен на двух или более языках и каждый из его текстов имеет одинаковую силу, то в случае расхождения между текстами предпочтение отдается толкованию в соответствии с вариантом текста договора, который был составлен первым.

На практике имеется много случаев, когда одна и та же норма в договоре на двух языках излагается в разных редакциях. И остается не ясным, какая норма является правильной. 

Для решения проблемы выбора нормы на разных языках полезно было бы иметь аналогичную норму в ГК.

  • Подразумеваемые договорные обязательства

Полезно также было бы перенять в ГК ст. 5.2 Принципов, которая предусматривает в договоре наряду с прямыми обязательствами также подразумеваемые обязательства, которые вытекают из характера и цели договора, практики, которую стороны установили в своих взаимоотношениях, добросовестности и честной деловой практики, а также разумности.

Эта норма серьезно облегчила бы понимание обязательств, вытекающих из договора. Ведь зачастую договор умалчивает об отдельных обязательствах, однако которые подразумеваются в его содержании. Правоприменитель в лице суда или арбитража мог бы получить ориентир при определении содержания договора и вынесении справедливого решения. 

  • Обязанность сторон сотрудничать

В соответствии со ст. 5.1.3 Принципов каждая сторона должна сотрудничать с другой стороной, если такое сотрудничество можно разумно ожидать в связи с исполнением обязательств этой стороны. 

Данная норма, которая отсутствует в ГК, является еще одним частным случаем реализации принципа добросовестности. Ее польза заключается в защите стороны договора, которая не может в полной мере получить то, на что была вправе рассчитывать по договору, из-за отказа другой стороны сотрудничать. При этом сотрудничество требуется лишь в том случае, если такое сотрудничество можно разумно ожидать при исполнении договора. При этом в комментарии к Принципам отмечено, что на практике значение сотрудничества сторон может быть особенно важным при долгосрочных договорах.

Рекомендуется включение в ГК обязанности сотрудничества сторон договора как общего принципа исполнения договоров.

  • Изменение или расторжение договора вследствие затруднений

Согласно статье 6.2.3 Принципов в случае затруднений при исполнении договора потерпевшая сторона имеет право обратиться к другой стороне с просьбой о пересмотре договорных обязательств. Затруднениями считаются случаи, когда возникают события, существенным образом изменяющие равновесие договорных обязательств либо в силу возрастания для стороны стоимости исполнения, либо уменьшения ценности получаемого стороной исполнения, и, кроме того,

(а) эти события возникают или становятся известны потерпевшей стороне после заключения договора;

(b) эти события не могли быть разумно учтены потерпевшей стороной при заключении договора;

(c) эти события находятся вне контроля потерпевшей стороны; и

(d) риск возникновения этих событий не был принят на себя потерпевшей стороной.

Возникновение затруднений не означает, что исполнение невозможно. Затруднения происходят вследствие существенного изменения обстоятельств (hardship), когда исполнение для одной из сторон становится объективно крайне невыгодным, что изменяет равновесие исполнения договорных обязательств. Если добросовестные переговоры сторон в разумный срок не приводят к восстановлению равновесия, то окончательное решение принимает суд – оставить договор с существующими условиями, расторгнуть его или изменить с целью восстановления равновесия. 

В ГК такой нормы нет, поэтому рекомендуется ее включение в текст кодекса.

  • Понятие «существенное нарушение договора»

П. 2 ст. 401 ГК гласит: «По требованию одной из сторон договор может быть изменен или расторгнут при существенном нарушении договора другой стороной. Существенным признается нарушение договора одной из сторон, которое влечет для другой стороны такой ущерб, что она в значительной степени лишается того, на что была вправе рассчитывать при заключении договора». Это все, что содержит ГК в отношении раскрытия оценочного понятия «существенное нарушение договора».

В отличие от ГК, ст. 7.3.1 Принципов содержит перечень обстоятельств, которые должны учитываться при определении наличия существенного нарушения договора. В частности, во внимание должно быть принято, в частности:

(а) существенно ли неисполнение лишает потерпевшую сторону того, что она имела право ожидать в соответствии с договором, кроме случаев, когда другая сторона не предвидела и не могла разумно предвидеть такой результат;

(b) имеет ли принципиальный характер с точки зрения договора строгое соблюдение неисполненного обязательства;

(с) является ли неисполнение умышленным или совершено по небрежности;

(d) дает ли неисполнение потерпевшей стороне основание верить, что она не может полагаться на будущее исполнение другой стороны;

(е) понесет ли неисполнившая сторона несоразмерные потери в результате подготовки или осуществления исполнения, если договор будет прекращен.

Как мы видим, ГК учитывает только первое обстоятельство. Это также с учетом того, что ГК ограничивает ожидания стороны только моментом при заключении договора и не принимает во внимание предвидимость результата нарушения другой стороной. В этой связи необходимо дополнить норму ГК, которая раскрывает понятие существенного нарушения договора, рядом обстоятельств, которые дадут определенность как сторонам, так и суду или арбитражу.

  • Устранение обязанности обращения в суд для расторжения договора при его существенном нарушении

В соответствии с п. 1 ст. 401 ГК при существенном нарушении договора он может быть изменен или расторгнут только по решению суда. При этом согласно п. 2 ст. 402 ГК требование об изменении или расторжении договора может быть заявлено стороной в суд только после получения отказа другой стороны на предложение изменить или расторгнуть договор либо неполучения ответа в срок, указанный в предложении или в законодательстве или в договоре, а при его отсутствии указания такого срока – в тридцатидневный срок.

Между тем, согласно ст. 7.3.2(1) Принципов право стороны прекратить договор вследствие существенного нарушения договора осуществляется лишь путем уведомления другой стороны. 

Думаем, что расторжение договора пострадавшей от нарушения стороной без обращения в суд и без проведения предварительных процедур, если только это не определено договором, облегчило бы защиту ее прав. Если нарушение существенное и если пострадавшая сторона не видит возможности исправления нарушения, то надо представить ей право сразу прекратить договор. Не согласный с расторжением нарушитель может сам подать соответствующий иск в суд. 

Таким образом предлагается убрать из ГК обязанность обращения пострадавшей стороной в суд для расторжения договора при его существенном нарушении. Помимо большего обеспечения интересов пострадавшей стороны, такая корректировка ГК даст возможность снизить нагрузку на суды. Требование же об изменении договора предлагаем оставить только через суд.

  • Расторжение договора при его ожидаемом существенном нарушении

В соответствии со ст. 7.3.3 Принципов если до наступления срока исполнения одной стороной становится очевидным, что будет иметь место существенное неисполнение этой стороной, другая сторона может прекратить договор. Тем самым пострадавшей стороне дается возможность, не дожидаясь реального нарушения, расторгнуть договор во внесудебном порядке. При этом согласно ст. 7.3.4 Принципов сторона, которая разумно полагает, что другой стороной будет допущено существенное неисполнение, может потребовать соответствующего заверения о надлежащем исполнении и одновременно приостановить свое исполнение. Если такое заверение не будет предоставлено в разумный срок, потребовавшая такое заверение сторона может прекратить договор.

ГК не содержит положений о возможности расторжения договора при его предвидимом существенном нарушении. Полагаем, что есть практическая необходимость включения аналогичных норм в ГК для предоставления стороне договора более гибких и оперативных инструментов реагирования на неправомерные действия другой стороны.

  • Обязанность возврата сторонами полученного до расторжения договора

В соответствии с п. 4 ст. 403 ГК стороны не вправе требовать возвращения того, что было исполнено ими по обязательству до момента расторжения или изменения договора, если иное не установлено законодательными актами или соглашением сторон. Согласно п. 5 этой статьи если основанием для расторжения или изменения договора послужило существенное нарушение договора одной из сторон, другая сторона вправе лишь требовать возмещения убытков, причиненных расторжением или изменением договора.

В этой связи в Казахстане практическим вопросом является обеспечение возврата переданного до расторжения договора. Особенно, если исполнение было только со стороны потерпевшей стороны, но не нарушившей. Так как отсутствие возврата будет отрицательно сказываться на интересах пострадавшей стороны, к тому же, если требование о возмещении убытков является труднореализуемым, то на практике довольно часто рассматривается возможность применения норм о неосновательном обогащении.

По ст. 7.3.6(1) Принципов при прекращении договора каждая сторона может требовать возврата всего, что она поставила, при условии, что эта сторона одновременно возвращает все, что она получила. Если возврат не возможен в натуре или это неприемлемо, соответствующее возмещение должно быть произведено в денежной форме, когда это является разумным.

Полагаем, что регулирование в Принципах является более справедливым, особенно в отношении пострадавшей стороны. Только тогда, когда возврат в натуре невозможен, можно требовать возмещения в денежной форме.

  • Определение размера убытков с разумной степенью достоверности

В ст. 7.4.3 Принципов содержится процедурный элемент определения размеров убытков. Так, согласно данной норме компенсации подлежит только ущерб, включая будущий, который установлен с разумной степенью достоверности. Если размер убытков не может быть установлен с разумной степенью достоверности, определение его размера осуществляется по усмотрению суда.

Согласно ч. 6 ст. 68 ГПК совокупность доказательств признается достаточной для разрешения гражданского дела, если собраны относящиеся к делу допустимые и достоверные доказательства, неоспоримо подтверждающие обстоятельства, имеющие значение для дела, и не опровергнуты другой стороной. Между тем, неоспоримое подтверждение доказательствами обстоятельств, в т.ч. размеров убытков, делает достаточно сложным процесс доказывания.

В зарубежных странах приняты разные стандарты для гражданских и для уголовных дел. В Англии стандарты доказывания законодательно закреплены, тогда как в континентальном праве такие стандарты подразумеваются, но они не закреплены в законе.

При этом в Англии, США для гражданских дел стандартом является «balance of probabilities» — баланс вероятности, низкий стандарт. Для уголовных – «beyond reasonable doubts» — вне разумных сомнений, высокий стандарт, с учетом значимости последствий и цены ошибки.

В России Высший арбитражный суд и Верховный суд ввели дифференциацию стандартов доказывания: базовый стандарт, повышенный и максимальный («вне разумных сомнений»).

В этой связи предлагается и в Казахстане взять за основу менее строгий стандарт доказывания по гражданским делам, в т.ч. по спорам из договоров. В ГК необходимо прямо предусмотреть аналогичное содержащимся в Принципах положение о том, что подлежащий компенсации размер убытков может быть определен с разумной степенью достоверности.

Введение более приемлемого стандарта, нежели мы имеем сейчас (исключительно в рамках гражданского судопроизводства), позволило бы воссоздать состязательность процессов, и способствовало вынесению справедливых решений, ведь именно в этом и заключается основная задача гражданского судопроизводства

При этом рекомендуется, чтобы в судебных решениях отражался процесс оценки доказательств, которые ложатся в основу решения. В этом случае судьи будут вынуждены затронуть вопросы стандартов доказывания.

  • Возмещение предвидимых убытков

В соответствии со ст. 7.4.4 Принципов неисполнившая сторона отвечает только за ущерб, который она предвидела или могла разумно предвидеть при заключении договора как вероятное последствие его неисполнения.

Данное положение является справедливым и дает определенность для сторон договора. Действительно, если сторона договора не могла разумно предположить, что нарушение своих обязанностей приведет к значительным, экстраординарным расходам другой стороны, то следует отказать в требовании возмещении таких расходов. 

Так, в комментариях к Принципам содержится пример. Банк привлекал охранную компанию для перевозки мешков с монетами для своих филиалов. Без информирования охранной компании банк отдал для перевозки мешки с коллекционными монетами, которые в пятьдесят раз превышали стоимость обычных монет. При перевозке мешки были похищены. В этом случае банк имеет право на возмещение лишь стоимости обычных монет, т.к. именно такой ущерб мог быть разумно предвидим охранной компанией как следствие нарушения ею своих обязанностей.

Предлагается включить в ГК норму, аналогичную ст. 7.4.4 Принципов.

 

Полагаем, что Принципы содержат гораздо больше ценных положений, имплементация которых была бы крайне рекомендуемой. Необходимо провести дальнейший тщательный анализ всех статей Принципов для определения актуальных для нашей практики норм и подготовки соответствующих изменений и дополнений в законодательство Казахстана. 

Между тем полагаем, что уже сейчас отечественный суд и арбитраж для решения гражданско-правовых споров и для толкования существующего законодательства могут опираться на Принципы. Ведь содержащиеся в них нормы предстают «мерилом для обеспечения того, что толкование и дополнение местного права соответствует международным стандартам». Принципы являются реализацией, раскрытием принципов поведения участников оборота – добросовестности, разумности, справедливости, которые уже содержаться в п. 4 ст. 8 ГК. В этом заключается направляющая роль Принципов как международного стандарта для правоприменителей. 

Аскар Калдыбаев

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Заполните поле
Заполните поле
Пожалуйста, введите корректный адрес email.
Вы должны согласиться с условиями для продолжения

Меню
Translate »